Полоса свободы

О. Г. Новикова, 
зам. Председатель Фонда Л. Н. Гумилёва

 «Все зависимо от всех, обособленность есть грех»

В 15 июня 1992 года, в разгар Приднепровских событий уходил от нас Лев Николаевич Гумилев, и, уходя, грустно говорил, что умирает со своей страной... И вот уже 5 лет нет его - непредсказуемого и тем неудобного для «общего мнения» человека, непризнанного «высшими» инстанциями ученого-одиночки, любимца идеалистов и нестяжателей. Он унес с собой эпоху - эпоху Гумилева...

Роковые совпадения дат говорят сами за себя: в день смерти Гумилева к власти на территории бывшего СССР пришло правительство «реформаторов» во главе с Гайдаром. «Клячу истории загоним, левой, левой, левой!...» История начала века повторилась. Скорее, скорее, сломать все старое, лишь бы не опомнились! Гумилев, наблюдая эту новую «революцию» говорил: «Хорош русский народ, но уж очень доверчив...».

Ученый ожидал, что «перестройка» обернется выходом из фазы надлома, говоря, что был «обречен» дожить до либерализации и тощей демократизации правления. Он надеялся, что от бесконечного насилия произойдет поворот к мирной гражданской жизни, к расцвету невзрачного нэпманства в меценатство, когда у воротилы позади ничего нет, а впереди - искусство. Но Гумилев предупреждал, что если нарушить зыбкое равновесие, то многонациональная русская империя начнет разрушаться, разламываться. Вот названия только нескольких газетных публикаций, проясняющих его гражданскую позицию, говорят сами за себя:

«Корни нашего родства» (Труд, 12.4.1988); «Чем опасны мифы истории» (Смена, 4.12.1988); «Чтобы свеча не погасла» (Московская правда, 24.5.1990); «Объединиться, чтобы не исчезнуть» (Час Пик, 1991 № 2,3); «Я старый солдат» (На страже Родины, 3.10.1991).

В декабре 1991 года Лев Николаевич с горечью констатировал, что Россия потерпела не военное, а этническое поражение - произошел раскол этноса, порвались все связи. Народ, который стал сам себе неинтересен, большинству которого наплевать на наследие предков и будущеё потомков быстро превращается, но не в привлекательное и «цивилизованное» общество американского образца, а в разобщенное население, по Гумилеву, в деэтнизованную «кашу».

Гумилева знают как этнолога и историка, создателя пассионарной теории этногенеза, однако в его учении есть разделы, незаслуженно обойденные вниманием. Именно они и вызывают основные нападки оппонентов ученого. Это законы и история этнических контактов и вытекающая из них теория антисистем.

Лев Николаевич показал, что антисистема всегда построена на лжи. Отрицательное отношение антисистемы к миру и природе Гумилев проследил на протяжении всей истории человечества. Вот как описывает ученый схожий период этногенеза римского этноса: «Места ответственных, исполнительных, верных долгу людей заняли беспринципные и продажные люди. Повсюду раздавалось: «Не стремись ни к чему такому, чего бы нельзя было выпить или съесть!» В искусстве - снижение стиля, в науке - компиляции, в общественной жизни процветала коррупция. Все продажно, ничему нельзя верить, ни на кого нельзя положиться. Отбор таков - ценны не способности, а их отсутствие, не стойкость во мнениях, а беспринципность. Не каждый удовлетворял этим требованиям, и большинство оказалось неполноценным и, следовательно, неравноправным. Численность страны падала, унося волю к сопротивлению...».

Гумилев утверждал, что выбор между Добром и Злом всегда лежит в полосе свободы воли. «Зло действует не само по себе, а через влияние на свободную волю людей, не продумывающих свои поступки и следующих по чужой указке, обольщая ложью и прельщая иллюзиями». Проявив силу воли, человек может войти в антисистему и служить силам разрушения. Но может выйти из нее, и быть созидателем.

Но не зная причин болезни, ее можно загнать внутрь, и антисистема может снова повторить удар, как всегда, под новыми знаменами и лозунгами. Будущее, считал ученый, не жестко предопределено и составляется из поступков не только лидеров, но и каждого в отдельности. Если мы хотим, чтобы у нас Россия была нормальной многонациональной процветающей страной, надо знать и любить ее историю, знать свои корни.

[ << ] [ Начала Этногенеза ] [ Оглавление ] [ >> ]