На рубежах цивилизаций

Лавров C. Б.

Опубликовано // В каком мире мы живем? (размышления геополитика)», СПб, ООО «Время», 2001 г.

Текст статьи любезно предоставлен Общественной организацией "Фонд Л. Н. Гумилева".

1997 г.

Тема расширения НАТО на восток стала доминирующей в действиях и заявлениях политиков Запада и России, в мировых средствах массовой информации, и, кажется, добавить здесь что-то новое уже невозможно. Попробуем все же расширить «поле» анализа, и уйдя от приятного европоцентризма, выйти сначала на более широкий геополитический взгляд - глобальный.

С 1991 года мы живем в новом, непривычном еще «постбиполярном мире». Он стал гораздо менее предсказуемым и потенциально более конфликтным, чем был в проклинаемые многими годы «холодной войны». Отброшены ориентиры Ялты и Потсдама, более того - ушли в небытие и документы Хельсинкского совещания 1975 года о незыблемости границ в Европе.

Каким же будет этот мир в начале XXI века? На это вопрос пытаются ответить многие, но если исключить конъюнктурные рассуждения политологов, отбросить явно идеологизированные западные схемы: «конец истории», торжество «нового мирового порядка», то в «сухом остатке» мировой науки, науки, а не публицистики, остается, пожалуй, лишь концепция Самюэля Хантингтона, профессора Гарвардского университета, сформулированная им в статье «Столкновение цивилизаций», напечатанной в 1993 г.

Суть его концепции в том, что столкновения XXI века будут вызываться «не столько политикой или идеологией, сколько разницей цивилизаций, при этом линии разлома между цивилизациями могут стать фронтовыми, а глобальное противостояние будет проходить по линии «Запад - не Запад».

Логика рассуждений С.Хантингтона достаточно сложна, но в общем она аргументирована относительным ослаблением Запада, усилением «не Запада» - экономическим (взлет Китая и новых индустриальных стран в его орбите), демографическим (исламский мир) - растущим неприятием западной цивилизационной модели. С.Хантингтон подсчитал динамику валового продукта основных цивилизаций мира - западная цивилизация «сбавила в весе» с 64,1% (1950 г.) до 48,9% (1992 г.), все остальные (кроме ортодоксальной, т.е. славянско-православной) прибавили...

Можно спорить с ним, можно в чем-то не соглашаться, но сама жизнь, да и прогнозы серьезных институтов Запада во многом подтверждают и детализируют эту картину. Ведь необычна для неспециалистов уже сегодняшняя «таблица лидеров» мировой экономики по ВВП (валовому внутреннему продукту), а никто лучшего, более синтезирующего показателя пока не придумал, - на третье место после США и Японии вышла КНР, по некоторым подсчетам, она занимает даже второе место. Но гораздо более шокирующими для Запада являются прогнозы Мирового банка на 2020 год - по ним «таблица лидеров» недалекого уже будущего станет куда более «не западной», чем ныне: первое место займет Китай, второе - США, третье - Япония, четвертое - Индия, пятое - Индонезия («Der Spiegel», №10, 1996).

Особый сюжет здесь - место США «внутри» Запада. Дело в том, что их экономическая доминация сильно подорвана: сегодня в числе 10 ведущих банков мира нет ни одного американского (восемь японских плюс «Дейче Банк» и «Лионский кредит»), а среди ведущих Транснациональных корпораций мира в 1995 г. - лишь три американских, причем и они не занимают, как это было традиционно, первых мест в этом списке: «Дженерал Моторс» отнесена на четвертое место, «Форд» - на седьмое, «Эксон» - на девятое, тогда как первая тройка - японские ТНК. Тезис экономического ослабления США можно развивать и дальше (научно-техническое отставание от Японии, гигантский торговый дефицит в связях с ней и т.д.).

И здесь, наконец, мы выходим на тему НАТО, точнее, на обозначившийся перевес силового элемента над экономическим для удержания лидирующей роли США в «постбиполярном мире», роли, казалось бы, автоматически доставшейся им после развала СССР. Автоматизма, однако, не получилось, и весь тон недавнего выступления «железной леди» американской дипломатии Мадлен Олбрайт звучит жестко и даже несколько надрывно. Убеждая сомневающихся в Америке - а значит, таких много? - «железная леди» говорит: «Сегодня старые ярлыки - «ястреб», «голубь», «либерал», «консерватор» - значат немного. Главная разделительная линия прошла между теми, то выступает за то, чтобы Америка играла лидирующую роль, и теми, кто выступает против этого («Нью-Йорк тайме», 26 января 1997 г.).

А выступающих против такой стратегии усиления роли США (НАТО на Восток) действительно немало. Достаточно назвать патриарха американской дипломатии и советологии Джорджа Кеннана, который считает, что «расширение НАТО на восток может стать самой роковой ошибкой американской политики за всю поствоенную эпоху». «Решение Запада о расширении НАТО отрицательно скажется на развитии российской демократии, восстановит атмосферу «холодной войны», сделает неопределенной и невозможной ратификацию российской Госдумой договора ОСВ-2", - пишет Д.Кеннан. Примечательно, что слова о «крупнейшей политической ошибке Запада» прозвучали и совсем в другой стране и в другом лагере - в недавнем интервью лидера КПРФ Г.Зюганова.

В реакции Запада Д.Кеннан отнюдь не одинок - бывший министр обороны США Р.Макнамара (явно «ястреб» в прошлом) назвал проект совершенным безумием и пояснил это весьма четко: «Я считаю, что включение в НАТО таких стран, как Польша, Чехия, Венгрия, противоречит интересам этих стран, противоречит интересам европейских народов, интересам самих Соединенных Штатов и России» (из лекции в Женевском институте международных отношений).

Видимо, Мадлен Олбрайт не зря призывает к единству взглядов, ибо до провозглашения доктрины «Дранг - нах-остен» даже ее нынешний заместитель и главный эксперт по России в администрации Клинтона Строуб Тэлботт предупреждал, что идея эта «несвоевременна и провокационна, не учитывает реальной ситуации в России». Видимо, способность к коренной перестройке своих взглядов у американских политиков не уступает российским стандартам.

Достаточно негативны и оценки в европейских средствах массовой информации - подборка статей в лондонской «Гардиан» называет идею «кошмаром для Европы», а «Тайме» говорит, что европейцам следовало бы дать отпор госпоже Олбрайт уже и потому, что краеугольный камень ее европейской стратегии зиждется на неверной оценке ситуации. В более резкой форме это отражает противоречия США и их западноевропейских союзников, которые мягче проявляются в официальных заявлениях политиков.

А что же «не Запад», какова его реакция? Показательно, что она абсолютно однозначна: находившийся с визитом в России министр иностранных дел Индии Гуджрал заявил о поддержке Индией позиций России в отношении расширения НАТО (Всеиндийское радио), а «Радио Китая» отметило, что «военно-блоковая философия изжила себя и идти в XXI век, раздвигая границы блоков, недальновидно».

Все эти оценки и контрдоводы ставят под сомнение неотвратимость решений, которая усиленно подчеркивается и нагнетается Западом, как бы оставляя России возможности лишь спора «по деталям» - договор с НАТО или ничего не значащая партия НАТО - Россия, или бросая приманку в виде некоего российско-натовского воинского соединения...

Негативные последствия военно-политического характера для России однозначны, они обострят всю обстановку в Европе и в мире на долгие годы, отбросят нас далеко назад, к худшим временам «холодной войны». Отсюда и непривычная однозначность оценок у полярно противоположных политических и иных сил в России: от Зюганова до Ельцина, от Родионова до Батурина, от Рохлина до «архитектора перестройки» А.Яковлева. «Про-натовцев» осталось совсем немного: экс-министр Козырев, К.Боровой да «неадекватная» В.Новодворская с ее Демосоюзом России, заявляющим, что НАТО может «стать гарантией от прихода к власти красно-коричневых».

К сожалению, подобные аргументы фигурировали и в выступлении премьер-министра России в Давосе. Апеллировать к зарубежной стране (блоку) для сохранения угодной политической линии и структуры у себя «дома» недостойно лидера любой суверенной державы. Во-вторых - и это еще важнее, - нельзя забывать о корнях сегодняшней ситуации, которые образно обозначил старинный «известинец», очень глубокий политический комментатор Станислав Кондратов, назвавший свою статью «Мы сами угрожаем себе сильнее, чем любые НАТО» («Известия», 19 февраля 1997 г.). Он напомнил при этом известный эпизод 1993 года, когда, находясь с визитом в Варшаве, российский президент обронил, что ничего не имеет против вступления Польши в НАТО. Но дело даже не в этой «оговорке» - вся нынешняя ситуация подготовлена эрой Горбачева (мифологемами типа «новое мышление», «общеевропейский дом») и последующей политикой, озвучиваемой А.Козыревым - «Господином Да», как его называли на Западе.

Итогом ее стала не только серьезная угроза безопасности России (ее не было, скажем, в 1985-м или даже 1991 году), но и глубокое вторжение Запада в исконно «незападную» сферу. Существует некие рубежи, столетиями сохранявшиеся почти в неизменном виде при всех отливах и приливах истории. Таким рубежом в Европе является западная граница славянско-православной религии, недаром С.Хантингтон называет ее «границей конфликта тринадцати веков». Он (а также все современные западные геополитики) проводит ее так: граница России и Финляндии, южнее Балтики, - граница России со странами Балтии, далее к «не Западу» относится вся Белоруссия и большая часть Украины, исключая ее крайний запад, еще южнее - «не Запад» - это Румыния, Болгария, Сербия...

Нажим Запада на Балканах уже привел к трагедии Югославии, а совсем недавно и к заявке на участие в НАТО явно «незападной» по всей ее истории и религии Болгарии.

Но для России особо неприемлема возможная «вторая очередь» на прием в НАТО, касающаяся уже СНГ - Украины и Молдавии, как неприемлемая и уже вполне реальная заявка стран Балтии.

Последняя коренным образом изменит геополитическую структуру России, не говоря уже о подлетном времени ракет до ее центров. Ведь в случае приема в НАТО стран Балтии составная часть России - Калининградская область (а это и важная часть военного потенциала страны) остается изолированным «островом», отделенным от основного массива страны иностранным военным блоком...

Неприемлемы и «игры» на юго-западных рубежах России, когда Э.Шеварднадзе в ответ на вопрос о НАТО с присущей ему изворотливостью отвечает: «На первом этапе Грузия хочет получить лишь политическую, но не военную поддержку Североатлантического союза» (радио «Свобода»). Но ведь за первым этапом наступает и второй, а может быть, и третий? И эта ситуация запрограммирована предыдущей нечеткой, а чаще нелогичной политикой России внутри СНГ - чего стоит, например, блокада дружеской нам бедствующей Абхазии, проводимая в угоду рвущемуся в НАТО и интригующему грузинскому лидеру?

Между тем идет охват СНГ по всему периметру - «блицнаезд» Соланы (ген.сек. ООН – прим. ред.) на республики Закавказья и Молдавию, а параллельно - поездка командующего вооруженными силами НАТО в Атлантике генерала морской пехоты США Джона Шихана в Бишкек для встречи с министрами обороны Узбекистана, Казахстана и Киргизии. Здесь доведенное до абсурда смещение известных географических понятий: какое отношение имеет Средняя Азия к Атлантике? Охват этот, наконец, вызвал ответную реакцию в России - поездку Ю. Батурина в Молдавию, генерала Л. Рохлина в Грузию, а министра обороны И. Родионова - в страны Средней Азии. Стало очевидным, что Запад делает все, чтобы подорвать даже современное, достаточно эфемерное сотрудничество внутри СНГ, усилить «вторую очередь» в НАТО.

Так где же конструктивный ответ ослабленной России? Может быть, поискать его в нашей истории, ведь в ней было много тяжелых и сложных моментов... После поражения в Крымской войне, унизительных условий Парижского мира (1856 г.) министром иностранных дел России стал Александр Михайлович Горчаков. В первом же циркуляре он заявил, что политика России будет «национальна», то есть русское правительство впредь не намерено жертвовать собственными интересами во имя каких-либо устарелых принципов и обязательств. И дал лозунг нового внешнеполитического курса: «Россия сосредотачивается!»

«Сосредоточиться» сегодня куда труднее в силу хорошо известных реалий российской ситуации, но это необходимо сделать хотя бы по внешнеполитической линии. Позитивные сдвиги в этом плане есть - однозначная оценка разными, но ведущими политическими силами угрозы безопасности России, гораздо более отчетливая позиция министра иностранных дел, наметившаяся интеграция с Белоруссией, разрывающая потенциальную «санитарную зону» от Черного моря до Балтики, конструируемую НАТО.

Гораздо легче сказать, чего не надо делать, чем наметить какую-то конструктивную линию. Явно не нужно истеричных слов о готовности первыми применить ядерное оружие (известное заявление Рыбкина И.П.), и вообще очевидна необходимость концентрации внешнеполитических заявлений и акций в руках МИДа - «модель» недавних переговоров с террористом и братьями Садировыми, которые почему-то велись из трех точек в Москве, явно не подходит для международной сферы. Не следует полагаться и на некие «гарантии» России со стороны Запада, ведь в 1990 г. такие «гарантии нерасширения НАТО» уже давались западными лидерами главному «перестроечнику». Вообще хочется еще раз подчеркнуть спорность тезиса о неотвратимости расширения НАТО. Ведь для того, чтобы оно состоялось, каждый парламент страны - члена НАТО должен сказать «да», а это далеко не очевидно. Не ясен и вопрос о финансировании - ведь для «первых кандидатов» - Польши, Венгрии и Чехии их общие расходы (их, а не НАТО) составят 10-13 млрд. долларов за 12 лет, т.е. по 1 млрд. долларов в ближайшие годы. Если попытаться перенести эту схему на Грузию, например, то нельзя не выйти на абсурд: весь ее валовый внутренний продукт в 1994 г. немногим превысил 2 млрд.долларов.

Все это - отнюдь не аргумент в пользу пассивного выжидания событий: а вдруг как-то все само собой образуется и какая-нибудь Турция, разобидевшись на Запад (ее не хотят принять в ЕС, хотя она давний член НАТО), возьмет и заблокирует расширение блока.

Нужен поиск приемлемых для России решений при четком обозначении всех негативных последствий для Европы, если этот поиск не даст результатов, нужно и обозначение всех (в узком коридоре возможностей) реальных ответов России. А пока что поиск идет. Его элементами является последняя поездка Е. Примакова по скандинавским странам с их особой моделью участия в НАТО - датско-норвежской моделью, при которой исключается создание баз НАТО и размещение ядерного оружия.

[ << ] [ Начала Этногенеза ] [ Оглавление ] [ >> ]