Труды Льва Гумилёва АнналыВведение Исторические карты Поиск Дискуссия   ? / !     @
Stolica.ru
Реклама в Интернет

Глава XXVIII

ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИЕ ГОСУДАРСТВА В ПЕРЕДНЕЙ АЗИИ

he113 Карта. Эллинистические государства (154 KB)

К началу III в. до х.э. на территории бывшей Персидской державы сложились новые государства, самым крупным из которых была держава Селевкидов, основанная полководцем Александра Селевком. Мидия, Персия, Месопотамия, Северная Сирия, часть Малой Азии входили в это царство; индийские владения Селевк потерял еще в конце IV в. до х.э.

Селевкиды вели непрерывные войны то с одним, то с другим государством. Сам Селевк I был убит во время военного похода, предпринятого им для овладения Фракией и Македонией. При его преемниках начались длительные войны с Птолемеями за Южную Сирию. В 262 г. до х.э. правитель крепости Пергам (северо-западная Малая Азия) объявил себя царем: возникло Пергамское царство, где правила еще одна македонская династия - Атталиды. Образовались также и небольшие царства, управлявшиеся местными династиями, например Вифиния и Каппадокия в Малой Азии. В первой половине III в. до х.э. в Малую Азию через Балканский полуостров вторглись племена галатов (кельтов), с которыми эллинистическим правителям пришлось вести упорную борьбу. Антиох I оттеснил галатов во внутренние районы Малой Азии. Затем крупную победу над ними одержал пергамский царь Аттал I (241-197 гг. до х.э.); владения галатов были ограничены северными районами Фригии. Около середины III в. до х.э., во время царствования Антиоха II, от державы Селевкидов отделились восточные области - Бактрия и Парфия.

Владения Селевкидов вновь расширились при Антиохе III (223-187 гг. до х.э.), одном из самых талантливых эллинистических правителей. Особенностью его политики была опора не только на греков, но и на древние местные самоуправляющиеся центры, что обеспечило ему поддержку достаточно широких слоев населения в разных областях его царства. В армии Антиоха III сражались кроме греков и македонян представители многочисленных племен и народов, входивших в его державу. Он присоединил новые территории в Малой Азии, завоевал часть Армении, одержал победу над царем Бактрии Евтидемом. Антиох III вел очередную (четвертую) войну с Египтом за Сирию. В этой войне он потерпел поражение в 217 г. до х.э. в битве при Рафии. Но затем, воспользовавшись внутренними смутами в Египте и заключив союз с Македонией, он занял часть Южной Сирии, Финикию и Палестину. В это время в дела Восточного Средиземноморья вмешивается Рим: римляне объявили войну Антиоху III. После его поражения при г. Магнесия (Малая Азия) в 190 г. до х.э. римляне отобрали у Антиоха III часть его владений, которые были поделены между союзниками Рима. В их числе ряд малоазийских областей получил Пергам. Первая половина II в. до х.э. была временем наивысшего расцвета Пергамского царства.

Большинство сведений по экономической истории Западной Азии III-I вв. до х.э., которыми мы располагаем, относится к царству Селевкидов и Пергаму, но ряд общих черт, присущих их экономическому и социальному строю, позволяет характеризовать общественную структуру и других эллинистических государств.

Уже во время походов Александра и борьбы его полководцев наметилось деление на собственно царскую землю и земли городов - самоуправляющихся гражданских коллективов. Преемники Александра продолжали эту политику. В царстве Селевкидов существовал фонд царской земли, созданный прежде всего за счет владений, отобранных у персов, и за счет племенных территорий; значительные земельные владения находились под контролем полисов, гражданско-храмовых обшин, местных династов. Из-за разнородности областей, входивших в их державу, Селевкиды не имели возможности создать единую организацию хозяйства и управления, подобную птолемеевской. Хотя их царство делилось на сатрапии (во главе со стратегами), внутри сатрапий сохранялись местные организации; свои распоряжения Селевкиды официально адресовали городам, династам, храмам и племенам.

Все население и все земли (за исключением отдельных крупных владений вельмож, полученных ими от царя, и земель ряда городов) были обложены налогами. Земледельцы, обрабатывавшие царскую землю, назывались "царскими людьми" (лаой); они жили деревнями, и цари облагали налогом деревни-общины в целом. Мы не знаем, был ли налог однотипен по всей Западной Азии; вероятно, он менялся в зависимости от местных условий; в надписи из района Сард (Малая Азия) упоминается денежный налог, уплачиваемый деревнями в царскую казну. Взносы разных деревень сильно различались - в соответствии с количеством земли и населения (так, три деревни вместе платили ежегодно 50 золотых, а четвертая деревня - одна 57 золотых). В Пергамском царстве существовало денежное подушное обложение жителей деревень. Денежная форма налога приводила к тому, что убытки в случае неурожая падали только на земледельцев. Они продавали сельскохозяйственные продукты на городских рынках, что из-за колебания в ценах, урожае, отдаленности ближайшего рынка вело к расслоению среди земледельцев. "Царские люди" были прикреплены не к своему участку земли, а к общине - в качестве налогоплательщиков; из-за тяжести налогов они иногда бежали из своих деревень. Цари не возвращали земледельцев силой; во всяком случае, об этом нет никаких свидетельств. Переселившиеся земледельцы оставались членами своей общины: по отношению к центральной власти они выступали как "царские люди", а во всех других отношениях - как кометы, общинники. Кроме древних общин в эллинистических государствах возникали и новые деревни-общины из переселенцев. Среди жителей одной такой новой деревни - Панну, расположенной на царской земле в Малой Азии, были люди и с местными, и с греческими именами (последние, вероятно, бывшие наемники или беглецы из греческих городов). Объединение их в общины диктовалось как особенностями мелкого хозяйства, так и фискальными соображениями.

Деревни еще с доэллинистических времен имели общинное самоуправление. Но в III-I вв. до х.э. деревенские общины начинают принимать постановления и фиксировать их в надписи на камне. В этом отношении интересно постановление двух деревень из владений Селевкидов в Малой Азии III в. до х.э. Деревни находились на земле крупного царского чиновника, управителя округа; деревни воздают почести ему и его подчиненным за то, что те выкупили из плена жителей деревень. Постановление сформулировано по образцу полисных декретов: в честь "благодетелей" должны устраиваться празднества, приноситься жертвы; им и их потомкам даруется право сидеть в первых рядах во время общедеревенских торжеств. Таким образом, традиционные общинные организации воспринимали греческие формы самовыражения, конституировались на основе не только обычного права, но и писаных постановлений. Аналогичные постановления (правда, массовыми они станут только в римское время) появляются и в других районах эллинистических государств. Возможность издавать совместные решения от имени общины, возлагавшие определенные обязанности на весь коллектив в настоящем и будущем, должна была привести к росту коллективного самосознания, чувства солидарности, активизировать деятельность общинников.

Значительную часть царской земли Селевкиды передавали своим служащим, приближенным, родственникам. Земли, полученные за службу, не были собственностью их владельцев и могли быть царем отобраны: так, в одной надписи говорится о сирийской деревне Байтокайка, которую царь передает храму и которой раньше обладал некий Деметрий. В ряде случаев владелец участка царской земли собирал денежную подать с деревень и выплачивал ее в царскую казну; земледельцы, кроме того, были обязаны в пользу владельца денежными податями и трудовыми повинностями. Существовали крупные вельможеские владения, которые были фактически независимы от царской администрации, пользуясь определенным иммунитетом. В этом отношении характерна переписка царя Антиоха III со стратегом Южной Сирии Птолемеем (перешедшим на сторону Селевкидов); Антиох оставил за ним все его прежние поместья и добавил новые. Царь дает распоряжение своим чиновникам, чтобы все торговые сделки внутри владений Птолемея производились под контролем агентов вельможи, освобождает его деревни от постоя, запрещает налагать штрафы на имущество его людей и выводить их на работы за пределы его владений.

Среди царских приближенных имелись люди, не занимавшие определенных должностей, но носившие почетный титул "друг царя" или "друг и родственник царя". Иногда они были гражданами городов и через них осуществлялась дополнительная неофициальная связь между царем и полисом. Таких приближенных царь также наделял землей, причем они имели право приписать свою землю к какому-либо полису, т.е. полностью изъять ее из-под контроля царской казны. Этим же способом Антиох II вознаградил свою жену Лаодику, с которой он разошелся для того, чтобы вступить в брак с дочерью Птолемея II. Он продал Лаодике в Малой Азии деревню со всеми угодьями и укрепленным домом; под власть Лаодики перешли также и люди (лаой), происходившие из этой деревни, но переселившиеся ранее в другие места. Лаодика при этом была освобождена от налога в царскую казну и получила право приписать землю к любому полису. Кроме того, Антиох II передал Лаодике и своим сыновьям от нее земли в Вавилонии, которые были приписаны к вавилонским городам. О положении земледельцев на приписанных к городу землях ничего не известно. Термин лаой в городских документах не встречается. Вероятно, их положение приближалось к положению других земледельцев-неграждан, а зависимость от владельца земли выражалась в уплате подати.

На землях, переданных частным лицам, кроме земледельцев-общинников работали рабы; они могли жить в тех же деревнях, что и общинники, в отдельных домах. Используя рабов в своих хозяйствах, землевладельцы приспосабливались к господствующей форме организации труда на своих землях. Землевладельцу не было смысла создавать дорогостоящий аппарат контроля и принуждения (содержать надсмотрщиков, учетчиков и т.п.): живя в деревне, рабы подчинялись общинному распорядку и контролю.

Рабы использовались также в царском хозяйстве, в частности в хозяйстве пергамских царей Атталидов. Владея компактной территорией, Атталиды имели возможность наладить более четкую систему управления, чем Селевкиды, хотя и пергамские цари опирались на греческие полисы и местные храмовые организации. Сплошные массивы царских земель (в Пергамском государстве было меньше, чем у Селевкидов, крупных городов, земли которых вклинивались бы в царские), сосредоточенность ремесла главным образом в одном центре - г. Пергам - позволяли царям осуществлять постоянный контроль над трудом рабов. Вероятно, за долги государству, общинников обращали в царских рабов, а не продавали с аукциона частным лицам, как в птолемеевском Египте.

И в царстве Селевкидов, и в Пергаме значительная часть царской земли использовалась для организации военно-земледельческих поселений воинов-катеков. Земля выделялась поселению в целом, а затем уже распределялась между поселенцами в зависимости от их положения в армии. Катеками в царстве Селевкидов были в основном греки и македоняне. С течением времени ряд военных поселений получил статус полиса, при этом иногда происходило их объединение с местными самоуправляющимися коллективами. Так, в Гирканской долине в Лидии жили гирканцы, переселенные туда персами с берегов Каспийского моря; они образовали самоуправляющееся объединение вокруг храма Артемиды. С этим объединением слилось македонское военное поселение: объединенная гражданская община стала называться "полис македонцев-гирканцев".

Из военного поселения, по всей вероятности, вырос и полис на берегу Евфрата, известный под двойным (местным и греческим) названием Дура-Европос. Греко-македонские воины, составившие первоначально основное население Дура-Европос, были наделены землей. Они могли продавать свои наделы, хотя эти участки формально считались собственностью царя: в случае отсутствия наследников клер (надел) возвращался в царскую казну. Дура-Европос представлял собой крепость, контролировавшую торговые пути по Евфрату. В крепости находились представители центральной власти: стратег - начальник гарнизона, эпистат (чиновник, "надзиравший" за внутренней жизнью города), царские служащие, следившие за торговлей и взимавшие пошлины в пользу царской казны. На земле, приписанной к Дура-Европос, как это видно из более поздних документов, были также и деревни с местным населением. Во II в. до х.э. Дура-Европос перешел под власть Парфии.

Пергамские цари наряду с греками и македонянами в качестве воинов привлекали выходцев из местных народностей (например, мисийцев). Согласно письму одного из пергамских царей, военным колонистам (катекам) за службу давались участки необработанной земли и виноградники. За эту землю катеки платили 1/20 с зерна и 1/10 с остальных плодов. Взимая часть урожая, а не твердую плату, царь делил с катеками убытки в случае стихийных бедствий. Кроме того, желая поощрить разведение нужных сельскохозяйственных культур, царь жаловал колонистам свободную от налогов землю для разведения оливковых деревьев. Помимо клеров, полученных за военную службу, катеки могли покупать землю у царской казны. Бездетные катеки имели право завещать свои наделы. Впоследствии земли в пергамских катекиях, как и в военных поселениях Селевкидов, стали покупаться и продаваться.

В целом на протяжении III-II вв. происходит постепенное сокращение собственно царского земельного фонда - не только за счет передачи земли в частные руки, но и за счет перехода царской земли к городам.

Город как организация свободных граждан, обладавших определенными экономическими и политическими привилегиями, играл важную роль в общественной структуре стран Передней Азии периода эллинизма.

К старым греческим и восточным городским центрам преемники Александра прибавили много новых. Есть сведения, что Селевк I основал 33 города. Разумеется, большинство городов было выстроено не на пустом вместе. Обычно выбиралось какое-либо местное поселение, удобно расположенное в военном и торговом отношении, его расширяли, перестраивали, объявляли полисом и переименовывали в честь царя-основателя или его родственников: так появились Селевкии, Антиохии, Апамея, Стратоникея (две последние названы по имени цариц) и т.п. В этих городах селились македонские ветераны, греческие колонисты, гражданами их становилось местное население - или жившее здесь раньше, или переселенное из окрестных местечек. Наиболее развитые гражданско-храмовые общины (например, в Вавилонии, Палестине) сохраняли свою структуру, а их положение по отношению к царской власти во многом приравнивалось к положению полисов.

Развитие городов не было только результатом государственной политики. Этот процесс начался в доэллинистический период и продолжался в течение ряда последующих веков; царям часто приходилось признавать существующее положение, даруя тому или иному выросшему городу статус полиса. Такие названия полисов, как "Лошадиная деревня", "Священная деревня", показывают, что некоторые города возникали из деревень. Каждый самоуправляющийся гражданский коллектив имел под своим контролем определенную территорию. С подчиненных им городов цари взимали налоги - денежные или натуральные (последние традиционно составляли десятину).

Политические отношения царя и полисов были своеобразны. Монархия Селевкидов не воспринималась греками как территориальное государство в современном смысле. Жители страны, подчинявшейся царскому управлению, считались подданными Селевка, Антиоха и т.д. Царская власть Селевкидов носила, таким образом, по отношению к полисам личный характер; официальным обозначением державы в надписях служило выражение "такой-то царь и его подданные".

Кроме полисов и гражданско-храмовых общин внутри эллинистических монархий существовали территории, находившиеся под управлением наследственного жречества; цари признавали внутреннюю обособленность таких территорий (например, Пессинунта в Малой Азии), но взимали с них налоги в царскую казну и в известной степени контролировали их деятельность. Полисы стремились включить соседние храмовые территории в свою округу, и цари способствовали им в этом. Так, известен длительный спор г.. Миласа с жрецом храма в местечке Лабраунда: каждая из сторон претендовала на управление этим местечком. Наконец, Селевкиды (а затем и вторгшийся в эти районы македонский царь Филипп V) утвердили присоединение Лабраунды к Миласе.

Цари - и Селевкиды, и Атталиды, и представители местных династий - увеличивали земельные владения городов путем дарений и продажи царской земли, а также путем присоединения более мелких городов к более крупным. Создание крупных городских центров облегчало взимание податей, поскольку с городских территорий подать собирали полисные должностные лица, которые затем часть ее передавали в царскую казну. Но поддержка царями городов объясняется не только финансовыми соображениями: традиционная городская гражданская община была наиболее удобной формой организации свободного населения в среде зависимых эксплуатируемых земледельцев. Эти организации в период укрепления эллинистических монархий (III в. до х.э.) служили опорой царя и проводником его воли. Цари стремились поставить внутреннюю жизнь города под свой контроль, методы которого были различны: помещение военных гарнизонов, непосредственный надзор с помощью специальных чиновников-эпистатов, находившихся в городах; письма-распоряжения царей, адресованные городам. Существовали и косвенные методы вмешательства: города даровали (не всегда по собственной воле) права гражданства македонским военачальникам, царским приближенным ("друзьям царя"); эти люди оказывали влияние на политическую жизнь городов, проводя царскую волю.

В государстве Селевкидов получает распространение, хотя и в меньшей степени, чем в Египте, царский культ. Цари стремились установить династический культ, заявив о происхождении Селевкидов от бога Аполлона: они основывали святилища царя и цариц, устанавливали особые жреческие должности. Подобный культ должен был подкрепить права династии на власть; кроме того, он объединял людей из македонского окружения царя, потерявших связь со своими "отеческими богами". Иную роль играл царский культ в полисах: там он олицетворял связь города с личностью царя; полисные культы не носили общегосударственного характера: цари, Селевкиды и Атталиды, почитались только в том городе, где их культ был установлен решением народного собрания (как правило, они почитались вместе с божеством-покровителем города). Полисы, таким образом, поклонялись царю-богу, но богом его признавал гражданский коллектив, сохранявший (хотя бы номинально) высший суверенитет - даже по отношению к божеству. Помимо политических мотивов в установлении царских культов играли роль благодарность за благодеяния и вера в сверхъестественные способности правителей (особенно тех, кто одерживал победы над своими противниками), надежда обрести в них богов-покровителей вместо прежних, терявших доверие полисных богов.

В период расцвета державы Селевкидов, длившийся до начала II в. до х.э., сравнительно прочный союз центральной власти с городами, использование катекий для контроля над сельской территорией обеспечивали планомерную эксплуатацию масс сельского населения. В этот период можно проследить известный рост производства на царских и городских землях, внедрение новых сельскохозяйственных культур. Селевкиды пытались культивировать индийский бальзам; в Вавилонии и Сузиане, по свидетельству Страбона, разводили рис и новые сорта винограда.

Эллинистический полис контролировал сельскую территорию, часть которой находилась в собственности граждан, часть составляла общественный фонд города (пастбища, которыми граждане могли пользоваться за плату; земли, сдаваемые в аренду); кроме того, к полису была приписана территория, где располагались деревни и различного типа поселения, жители которых не пользовались гражданскими правами, подчинялись должностным лицам города и уплачивали городу подати деньгами или натурой. Иногда крупный полис главенствовал над более мелкими, сохранявшими внутреннюю автономию, но платившими налоги господствующему городу. В зависимых полисах находились должностные лица, направленные туда из полиса господствующего.

Сельские общины на городских территориях пользовались некоторым внутренним самоуправлением (там действовало деревенское народное собрание), имели общинный фонд и общественные земли (как правило, земли вокруг святилищ), которые находились под контролем общин; например, в надписи одной малоазийской деревни, расположенной на территории полиса, говорится о решении деревни засадить священный участок: тот из общинников, который вырастит не меньше трех деревьев и сохранит их в хорошем состоянии в течение пяти лет, будет за это чествоваться в течение последующих пяти лет на ежегодном празднестве. Кроме того, жители деревни делали взносы на общественные нужды (до 100 драхм). Земледельцы были лично-свободны и имели свободу передвижения.

Характерной чертой эллинистического города было существование в нем разных групп населения - принадлежавших к разным народностям, имевших различное правовое положение. В гражданские коллективы полисов входили как греки и македоняне, так и представители местного населения: последних было особенно много во вновь основанных полисах и местных городах, получивших статус полиса. В Селевкии на Тигре отмечено большое количество переселенных туда вавилонян; в Антиохии на Оронте наряду с греками жили сирийцы; Антиохию-Эдессу в Верхней Месопотамии современники называли полуварварской. Граждане негреческого происхождения часто принимали эллинские имена, но это не было правилом: в источниках встречаются упоминания представителей верхушки городского населения (например, послов к царю), которые носили негреческие имена и отчества.

В эллинистический период продолжаются переселения из одних областей и городов в другие. Отдельные переселенцы за особые заслуги перед городом или царем получали полные права гражданства (среди них были и лица негреческого происхождения); другие получали только право владения землей без политических прав (разрешение лицам, не являющимся гражданами города, приобретать землю на его территории - одно из характерных отличий эллинистического полиса от классического); иногда такое право на приобретение земли даровалось взаимно всем гражданам договаривающихся между собой городов. Переселенцы из сельской местности или других городов, не получившие никаких привилегий, составляли более низкую правовую группу - пареков, они имели право жить в городе и округе, но не приобретать землю в собственность, принимали участие в городских празднествах. Пареками могли стать вольноотпущенники; земледельцы, переселившиеся в город и внесенные в списки пареков, теряли связь с сельской общиной. Иногда переселенцы одной народности составляли особую самоуправляющуюся организацию внутри города - политевму. Такие политевмы образовывали иудеи, возможно, также сирийцы в Антиохии на Оронте.

В эллинистических полисах сосредоточивается большое количество рабов - частных и общественных. Многие рабы были слугами в богатых домах, работали в ремесленных мастерских. Общественные рабы были низшими служащими государственного аппарата, использовались в строительстве. В последнем случае они получали небольшую поденную, плату и одежду. Если судить по материалам малоазийского храма в Дидимах, рабы получали меньше свободных рабочих (3 обола в день, в то время как самая низкая плата свободному рабочему была 4,5 обола). В период эллинизма были достаточно часты случаи перевода рабов на "оброк" - они вели самостоятельное хозяйство и выплачивали своим господам определенные взносы. Широко распространен был отпуск рабов на волю; вольноотпущенники оставались связанными со своими господами определенными обязательствами; иногда они до конца своих дней должны были, как указывалось в документах об отпуске на свободу, выполнять "всю ту работу, что они делали в рабстве". Дети, рожденные рабыней до отпуска на волю, оставались рабами, если их освобождение не было специально оговорено. По законам некоторых полисов следовало особо оговаривать также право вольноотпущенника на свободный выезд из города. Иногда вольноотпущенники откупались от своих обязанностей деньгами. Из своих вольноотпущенников и доверенных рабов богатые люди, как правило, вербовали управителей имений, надзирателей в мастерских и торговых агентов.

Помимо рабов и вольноотпущенников на общественных, прежде всего строительных, работах использовались свободные работники, которых в изобилии поставляла сельская округа, где развитие товарно-денежных отношений вело к разорению земледельцев. Свободные ремесленники могли работать и в частных мастерских, причем трудно определить, чей труд преобладал - рабов или свободных.

Внутреннее самоуправление эллинистического полиса по форме напоминало самоуправление греческого полиса классического периода: существовали народное собрание, буле (совет), выборные должностные лица. Однако такой важный демократический орган, как избираемый из числа всех граждан суд, в III-I вв. отмирал. Широко было распространено приглашение судей из других городов для разбора внутренних споров, которые в условиях расслоения гражданского коллектива не всегда можно было решить своими силами. Иногда судьями выступали царские должностные лица. Только незначительное число дел рассматривалось выборными судьями.

В эллинистических полисах постепенно все большую роль начинают играть должностные лица и все меньшую - народное собрание. Ряд должностей, в частности некоторые жреческие должности, продавались. Для периода III-I вв. до х.э. характерно резкое расслоение среди населения города. Существование прямого обложения в большинстве полисов, основанных в Азии, способствовало такому расслоению. Должники городской казны в ряде полисов лишались гражданских прав. Этот процесс несколько смягчался благодаря наличию общественного земельного фонда, который могли арендовать граждане, и раздачам более значительным, чем в предшествующий период. Раздачи производились и негражданскому населению, иногда рабам, как правило, во время общеполисных религиозных празднеств. Таким образом, неграждане, которые в большом количестве скапливались в городах, в какой-то мере включались в жизнь гражданской общины.

Смешение населения в полисах, падение политической активности граждан в городах, подчиненных царской власти, приводили к ослаблению связей внутри гражданского коллектива. Естественной реакцией на этот процесс было стремление к созданию частных объединений: различного рода культовых союзов, товариществ, не связанных с политической организацией - ни с полисной, кризис которой остро ощущался в начале эллинистического периода, ни с бюрократически-монархической, чуждой еще греческому сознанию. В городах получают распространение ассоциации, включавшие людей разного этнического происхождения и разного социального статуса. Так, например, в одном из небольших городков Малой Азии был союз, куда входили выходцы из четырех разных городов, местные жители и рабы. В другом городе было небольшое религиозное товарищество, куда входили греки, фригиец, фракиец, финикиянин, писидиец (народность в Малой Азии), ливиец. Как правило, подобные союзы состояли из небольшого числа людей, достаточно хорошо знавших друг друга.

Члены союзов совершали совместные жертвоприношения, устраивали обеды и празднества. Частные ассоциации укрепляли связи между жителями городов, в том числе и неграждан, и, безусловно, влияли на общественную жизнь полисов.

В эллинистический период в различных областях Передней Азии продолжали развиваться гражданско-храмовые общины. Примером таких общин могут служить города Вавилонии. В этих городах существовал четко оформленный гражданский коллектив, образовавшийся в результате постепенного слияния зажиточных слоев населения города с храмовым персоналом. В указанное время большинство членов этого коллектива фактически не были храмовыми служителями: среди них отмечено много ремесленников; в клинописных контрактах упоминаются владельцы рабов и земельных участков (как внутри городской черты, так и вне ее). Но все эти люди были связаны с храмом, в частности получением от него довольствия - определенной нормы продуктов питания. Право на получение довольствия было когда-то связано с выполнением обязанностей в пользу храма. Уже и в более древние времена это право свободно продавалось, причем по частям (например, одна шестая или одна двенадцатая часть права на довольствие, положенное в определенные дни каждого месяца); в описываемый период право на довольствие, связанное с мужской должностью, могла покупать и женщина. Таким образом, это право перестало быть связанным с исполнением должности и осталось привилегией членов гражданского коллектива, которую они могли свободно передавать друг другу.

В вавилонских городах существовали собрания, председателем которых был эконом (шатамму) храмов; эти собрания решали имущественные вопросы, налагали штрафы, оказывали почести царским должностным лицам. Как и у полисов, у таких городов была обширная сельская округа, земли которой частично принадлежали гражданам, частично обрабатывались зависимым сельским населением, платившим подати этому городу-храму. Частные земли, полученные от царя, могли приписываться к подобным городам так же как и к полисам. В вавилонских городах, как и в ряде полисов, находились царские должностные лица - эпистаты (из местных граждан).

Другим типом гражданско-храмовой общины были малоазийские объединения вокруг святилищ. Мы хорошо осведомлены об одном таком городе - Миласе. Миласа - известный религиозный центр карийцев, о ней писал еще Геродот в V в. до х.э. Жители Миласы были разделены на филы, представлявшие собой объединения вокруг храмов. Филы, в свою очередь, делились на сингении - небольшие общины, имевшие общее святилище. Земля святилища была землей общины, она распределялась между гражданами, которые выбирали должностных лиц, ведавших "священной" казной. В IV в. до х.э. Миласа называется полисом, но сохраняет ряд специфических черт, в частности сравнительную самостоятельность фил и сингении. Храмовые земли фактически были общественной землей; распределение земли приняло здесь форму аренды. Но условия аренды были сравнительно мягкими, чтобы дать доступ к земле и небогатым гражданам; существовала и коллективная аренда, когда землю арендовала вся община-сингения в целом, а затем уже распределяла участки между гражданами. На примере малоазийских гражданско-храмовых общин особенно ясно видно, что общественный земельный фонд использовался для поддержки малоимущих граждан.

Для эллинистического периода характерно не только развитие полисов и гражданско-храмовых общин, но и стремление всех этих самоуправляющихся городов к образованию более тесных союзов между собой, часто со взаимным гражданством (граждане одного полиса, переселяясь в другой, автоматически получали в нем права гражданства). Существование союзов давало возможность городам противостоять нажиму со стороны эллинистических правителей и более успешно развивать свою экономику. Характерным примером такого союза в восточных районах Средиземноморья был союз городов Ликии. Согласно Страбону, в этот союз входило 23 города. Представители ликийских городов время от времени собирались в каком-нибудь городе на общий совет - синедрион. Наиболее крупные города имели в этом синедрионе три голоса, средние - два, прочие - один голос каждый. На синедрионе избирались глава союза - ликиарх, начальник конницы и казначей. У городов ликийского союза были общественная казна, общие суды. Фактически важнейшие дела союза решались крупными городами, которые назывались "метрополиями ликийского народа", а общественные должности занимали граждане этих городов. Граждане метрополий получали права гражданства во всех остальных полисах союза и право владения землей в них. Официальными и письменными языками в ликийском союзе наряду с унаследованным из ахеменидских канцелярий арамейским были также ликийский и греческий.

Обмен между западными и восточными областями, возникновение городов как ремесленных центров в экономически отсталых прежде областях приводили к распространению технических достижений и производственных навыков; в особенности это относится к массовому производству, например гончарному. Высококачественную посуду делали в самых различных местах - в городах Греции, Эгейского архипелага, Малой Азии, Южной Италии, Египта. Причем если уникальные золотые и серебряные сосуды, которыми пользовались при дворах эллинистических правителей, изготовлялись специальными мастерами по особым заказам, то керамику для более или менее состоятельных слоев граждан выделывали в разных центрах по одному и тому же шаблону.

Развитие обмена в эллинистических государствах привело к изменению монетного чекана. Уже Александр выпустил помимо мелких монет большое число золотых монет (статеров) и серебряные тетрадрахмы. Значительная часть драгоценных металлов, лежавшая в сокровищницах персидских царей, была пущена в оборот. Эллинистические цари чеканили монету тех же номиналов, что и Александр; на лицевой стороне монеты помещалось изображение царя. Монеты царской чеканки использовались для международного обмена: археологи находят их далеко за пределами территорий эллинистических государств. Самоуправляющиеся города чеканили свою монету (часто подражая царскому, особенно александровскому, чекану), но она, как правило, имела хождение лишь на внутренних рынках.

Однако развитию экономики мешали бесконечные военные столкновения между эллинистическими монархиями - борьба Птолемеев и Селевкидов, Селевкидов и Парфии приводила к разорению городов, нарушению торговых связей. Это было одной из причин того, что начиная со II в. до х.э. верхушка населения ряда эллинистических полисов выступает в поддержку новой великой державы - Рима. Другой причиной проримской позиции части богатых слоев было обострение в эллинистических государствах II-I вв. до х.э. социально-политической борьбы.

Борьба эта в Передней и Малой Азии в последние века до христианской эры носила сложный характер и охватывала различные слои населения. Так, борьба в Иудее против власти Селевкидов, о которой будет сказано дальше, была направлена не только против чужеземного господства, но и против усиления знатных иудейских родов, которые поддерживали политику эллинизации. Ряд крупных полисов выступал против зависимости от центральной власти; в период войн между эллинистическими монархами (Селевкидами и Птолемеями, Филиппом V Македонским и Пергамом), а также во время военных столкновений с Римом города переходили то на одну, то на другую сторону.

Неустойчивость положения державы Селевкидов особенно выявилась после поражения, нанесенного Римом Антиоху III в битве при Магнесии (Малая Азия). По миру, заключенному в г. Апамея, Антиох потерял значительную часть малоазийских владений (они были переданы союзникам Рима в этой войне - Пергаму и Родосу). Армения и Софена объявили себя независимыми; области за Тигром были захвачены парфянами. Сын Антиоха III, Антиох IV, предпринял попытку восстановить державу Селевкидов в ее былых границах. Он вел успешные войны с Птолемеями и дважды вторгался в Египет. В 168 г. до х.э. Антиох IV осадил Александрию. Но вмешались римляне: римский посол прибыл в Египет и предъявил Антиоху требование немедленно уйти из Египта; посол, разговаривая с царем, начертил на песке круг, внутри которого оказался Антиох, и потребовал, чтобы тот дал ответ прежде, чем переступит черту. Антиох не решился на конфликт с римлянами: он вывел войска из Египта. Остаток своего правления Антиох посвятил укреплению власти в тех областях, которые еще оставались в составе его державы. Он отказался от политики Антиоха III, поддерживавшего местные самоуправляющиеся организации, и начал усиленную эллинизацию всех областей царства в целях создания единой политической системы и единой идеологии. Именно тогда Иерусалим был превращен в полис. Но эта политика привела к обратным результатам: вспыхнули народные волнения. Антиох IV погиб во время одного из восточных походов. После смерти царя по требованию Рима был уничтожен военный флот Селевкидов и перебиты боевые слоны. Военная мощь державы Селевкидов была сломлена. С середины II в. до х.э. в Сирии началась длительная борьба за власть. В эту борьбу вмешался и Египет, поддерживая то одного, то другого претендента. В 142 г. до х.э. парфянский царь Митридат I захватил Вавилонию. Антиох VII на время несколько усилил свое царство: снова подчинил Иудею, начал успешное наступление против парфян. Но в 129 г. до х.э. он потерпел поражение и погиб. Государство Селевкидов было ограничено Сирией. Всего за сто лет (со 163 по 63 г. до х.э.) в царстве Селевкидов сменилось 19 царей, причем ни один из них не умер естественной смертью. Наконец, в 63 г. до х.э. Сирия, последняя область, оставшаяся у Селевкидов, была превращена в римскую провинцию.

Социальные движения происходили и на территории полисов: сельское население, не пользовавшееся гражданскими правами, выступало против граждан городов, разоряло их поместья, переходило на сторону врага в случае военных действий (например, жители сельской территории некоторых малоазийских городов перешли на сторону галатов, когда последние вторглись на территорию Малой Азии). Одним из самых значительных народных движений II в. было восстание, вспыхнувшее в Пергаме в 133 г. до х.э. ("восстание Аристоника") и охватившее всю сельскую территорию страны. Как гласит одна из надписей, относящихся к тому времени, земля Пергама осталась незасеянной и все плоды ее были свезены к врагам. Правивший государством в это время Аттал III - одна из странных и мрачных фигур, характерных для позднего эллинизма. Про него рассказывали, что его любимым занятием было разведение ядовитых растений для изготовления ядов. Желая избавиться от докучливых советников - приближенных своего отца Евмена II, он однажды пригласил их во дворец и приказал своей страже перебить всех. Не имея возможности подавить поднявшееся в стране восстание, везде и всюду подозревая измену, Аттал III под нажимом римлян составил завещание, по которому после его кончины Пергамское царство переходило к Риму. Римляне, вероятно, обещали за это военную помощь, но особенно долго ждать им не пришлось: в 133 г. Аттал умер, по официальной версии, от солнечного удара. Известие о его смерти и завещании вызвало дальнейшее расширение восстания, во главе которого стал претендент на престол - незаконный сын Евмена II Аристоник. Восставшие захватили ряд городов. На юге волнения распространились вплоть до Галикарнаса в Карий. Городские власти Пергама вынуждены были даровать права гражданства катекам из местных племен и освободить царских и общественных рабов. Но это не остановило развитие восстания, так же как и последняя мера - дарование права гражданства рабам, вскормленным в доме своих господ.

Сторонники Аристоника называли себя гелиополитами - гражданами Государства Солнца. Среди местных племен Малой Азии были широко распространены культы солнечных божеств, которые привлекали народные массы в противовес официальной религии эллинских богов и богов-царей. Идеологи восставших, среди которых были и философы (например, некий философ-стоик из Кум, бежавший к Аристонику из Италии), связали стихийную веру народных масс в благодатное Солнце с учением об идеальном государстве, где все будут равны. Движение гелиополитов перешло за границы Пергамского государства. Римским легионам пришлось в тяжелых боях завоевывать завещанное Риму царство; с большим трудом им удалось запереть Аристоника в карийской Стратоникее (уже за пределами Пергама) и голодом принудить к сдаче в 130 г. до х.э. Отдельные отряды восставших еще в течение года оказывали сопротивление римлянам. Пергамское царство было превращено в провинцию Азия - первую малоазийскую провинцию Рима.

Римские завоевания в Восточном Средиземноморье служат определенным хронологическим рубежом, поскольку включение этого района в единое централизованное (со времени установления империи в конце I в. до х.э.) государство оказало существенное влияние на внутреннее развитие покоренных западных областей бывшей державы Селевкидов и областей Пергамского царства.

Присоединение восточных областей Селевкидского царства к Парфии также внесло свою специфику в их историческую судьбу. И хотя эллинистические традиции продолжали существовать во многих сферах общественной и культурной жизни, период собственно эллинизма в Передней Азии заканчивается временем римских и парфянских завоеваний.

 


29/05/17 - 10:50

<< ] Начала Этногенеза ] Оглавление ] >> ]

Top